Елена Кучерявая, «СПЛАТ ГЛОБАЛ»: «Договорные механизмы разрешения споров должны разрабатываться до подписания контракта, а не быть реакцией на конфликт»

Елена Кучерявая, директор по правовым вопросам, «СПЛАТ ГЛОБАЛ», и спикер Восьмой конференции «Актуальные вопросы ВЭД», рассказала CFO Russia про судебные споры в международной торговле и описала особенности и вызовы при взаимодействии с дружественными и недружественными странами.

В чём заключаются ключевые различия в разрешении споров с контрагентами из «дружественных» и «недружественных» стран?

При работе с партнёрами из дружественных стран, например Китай, ОАЭ, Турция, Индия, действуют привычные договорные механизмы, доступны нейтральные арбитражные площадки, цепочка от вынесения решения до его исполнения функционирует. Есть сложности с платёжными каналами и документооборотом.

Нужно учитывать, например, что в индийских судах, срок рассмотрения коммерческого спора может измеряться годами.

Нам недавно досудебно удалось вернуть неотработанный аванс от индийского контрагента, это заняло год настойчивой работы с банками и контрагентом. В своих ожиданиях нужно учитывать также курсовые разницы.

На процесс против контрагентов из недружественных юрисдикций влияют следующие аспекты: санкционные ограничения способны заблокировать банковские операции непосредственно в ходе разбирательства, иностранные арбитры и консультанты испытывают давление со стороны регуляторов.

Существенно изменилась и инфраструктура самого арбитража. До 2022 года западные площадки были стандартным выбором для международных контрактов с участием российских компаний.

Сейчас работа с этими центрами сопряжена с практическими трудностями на уровне базовых процессуальных действий: направления уведомлений, оплаты арбитражных сборов, привлечения представителей.

Какие основные сложности возникают при попытке исполнить судебное решение, вынесенное против контрагента из «недружественной» страны?

Ключевой вопрос при планировании любого международного спора сегодня состоит не столько в том, удастся ли получить решение, сколько в том, где у ответчика находятся активы и реально ли до них добраться.

Если активы расположены в России, спор целесообразно вести в российской юрисдикции: российский суд или МКАС при ТПП РФ обеспечат исполнимый результат. Если же активы находятся за рубежом, решение российского государственного суда практически невозможно исполнить в большинстве западных стран, поскольку договоры о взаимном признании судебных решений с этими государствами фактически не применяются.

Однако если есть решение российского суда, имеет смысл поискать активы в ЕАЭС или другом дружественном зарубежье и попробовать исполнить решение там.

Исполнение арбитражного решения через юрисдикции, поддерживающие санкции против России, сильно затруднено. Эффективнее действовать через нейтральные юрисдикции: ОАЭ, Гонконг, Турцию, где решения признаются и могут быть приведены в исполнение.

Лучше провести предварительный анализ местонахождения активов ответчика и выбрать площадку, исходя из этого.

Отдельную проблему представляет получение присуждённых денежных средств, так как санкции против российских банков способны заблокировать перевод даже после успешного исполнения решения.

Как компаниям адаптировать контракты и условия поставок при работе с партнёрами из разных групп стран, чтобы минимизировать риск судебных споров и упростить их разрешение?

Договорные механизмы разрешения споров должны разрабатываться до подписания контракта, а не формироваться как реакция на уже возникший конфликт.

Я бы рекомендовала сразу смотреть, где есть имущество не только самого контрагента, но и его учредителей на случай субсидиарной ответственности.

В части выбора арбитражной площадки при работе с дружественными контрагентами сегодня практически зарекомендовали себя Гонконгский арбитражный центр (HKIAC) и Дубайский международный арбитражный центр (DIAC). У них есть накопленный опыт работы с российскими спорами, что имеет значение с точки зрения выстроенности внутренних процедур и взаимодействия с банками. Российские компании могут инициировать там разбирательство и оплачивать арбитражные расходы.

В части применимого права предпочтительны нейтральные юрисдикции или принципы УНИДРУА (свод норм и правил, разработанный Международным институтом унификации частного права – прим. ред.). Привязка к праву недружественных государств создаёт операционные риски вне зависимости от качества самого правопорядка.

Валюта платежа, банки-корреспонденты и резервные схемы расчётов сейчас имеют не меньшее значение, чем арбитражная оговорка. Даже выигранный спор теряет смысл, если переводу присуждённой суммы препятствуют санкции против банков. Для долгосрочных контрактов рекомендуется прописывать альтернативные валюты и порядок расчётов на случай блокировки основного канала.

Помимо этого, включение в контракт обязательного досудебного этапа (медиация или прямые переговоры с фиксированными сроками) позволяет урегулировать значительную часть разногласий без обращения к судебным процедурам и сократить временные и финансовые издержки обеих сторон.

Каждый раз при обращении в зарубежный суд нужно посчитать возможность привлечения консультантов, цену работы консультантов, госпошлины и возможность их оплаты. В разных странах они могут достигать значительных размеров и зависеть от цены спора, срока судебного разбирательства, а также возможности исполнения, получения денег и уведомления контрагентов.

Кроме того, каждый раз, начиная спор в зарубежной юрисдикции, нужно сразу изучить, какие документы понадобятся, чтобы списать долг, если не получится его вернуть.

Задать свои вопросы Елене и узнать больше об опыте «СПЛАТ ГЛОБАЛ» вы сможете на Восьмой конференции «Актуальные вопросы ВЭД», которая пройдет 26 июня 2026 года.

Мария Харитонова