Александр Леднёв, «Роснано»: «Конкурс для профессиональной деятельности – это, по сути, “ускоренный курс” по лучшим практикам рынка»

Представляем первого члена жюри Конкурса и премии «Лучшее корпоративное казначейство» – Александра Леднёва, управляющего финансового директора, «Роснано». Александр рассказал CFO Russia о трансформации в сфере корпоративного казначейства за последний год, а также поделился с конкурсантами практическими советами и рассказал о ценности участия в мероприятии – как в роли конкурсанта, так и в качестве члена жюри.

Какие ключевые изменения и трансформации произошли в сфере корпоративного казначейства за последний год?

За последний год корпоративное казначейство ускорило переход от «операционного сервиса» к роли центра управления ликвидностью и финансовыми рисками в условиях высокой волатильности ставок и рынка капитала. Казначейские функции стали теснее интегрироваться с бизнесом, фокус сместился на оперативное управление свободной ликвидностью и поиск альтернатив банковскому кредитованию за счёт инструментов рынка капитала и цифровых финансовых активов.

Параллельно усилился тренд на цифровизацию: активно внедряются решения класса мультибанкинг, автоматизированный контроль платёжных операций, self-service аналитика и казначейские панели на базе BI и ИИ. Многим компаниям пришлось пересмотреть казначейские политики, выровнять SLA с бизнесом и обновить архитектуру взаимодействия с банками с учётом развития цифрового рубля, Open API и новых требований регуляторов.

Какие тренды в области финансовых технологий и цифровизации будут наиболее актуальны для корпоративного казначейства в ближайшие 2-3 года?

В горизонте 2-3 лет для корпоративного казначейства наиболее значимыми будут три блока трендов.

Первый – интеллектуализация казначейства.

Активное внедрение ИИ и машинного обучения в процессы прогнозирования денежных потоков, маршрутизации платежей, антифрода и автоматического контроля лимитов. Фокус смещается от «пилотов» к прагматичным кейсам с измеримым эффектом по снижению затрат, ошибочных платежей и повышению точности cash-forecast.

Второй – развитие цифровой инфраструктуры.

Расширение использования Open API и мультибанкинг-платформ, интеграция цифрового рубля и цифровых финансовых активов в казначейские процессы, особенно в части управления ликвидностью и расчётов с контрагентами. Появляются новые модели взаимодействия с банками и финтех-провайдерами, когда казначейство работает через единые платформы, а не набор разрозненных каналов.

Третий – новый баланс рисков и доходности.

На фоне изменяющейся процентной и налоговой среды казначейство усиливает работу с инструментами фондового рынка (облигации, акции, ЦФА) как для размещения ликвидности, так и для финансирования бизнеса. При этом значительно возрастает значение риск-менеджмента, стресс‑тестирования и прозрачности казначейских решений для советов директоров и акционеров.

Каковы ваши ожидания от первой премии CFO Russia «Лучшее корпоративное казначейство»? Какие результаты и эффекты вы считаете наиболее важными для отрасли и для участников конкурса?

От первой премии я ожидаю, что она станет площадкой, где лучшие практики казначейства будут формализованы, описаны и тиражированы в профессиональном сообществе. Важно, чтобы конкурс не ограничился разовым событием, а задал стандарты по зрелости процессов, уровню автоматизации и роли казначейства в управлении финансовой устойчивостью компании.

Для отрасли ключевой эффект я вижу в укреплении статуса казначейства как стратегической функции, сопоставимой по влиянию с финансовым контроллингом и корпоративными финансами. Для участников конкурса важен не только статус и признание, но и возможность получить внешнюю оценку своих практик, сопоставить себя с лидерами и сформировать дорожную карту развития казначейства в компании.

Что даёт вам участие в роли члена жюри этого конкурса? Как этот опыт может повлиять на вашу профессиональную деятельность или на развитие казначейских функций в вашей компании/отрасли?

Роль члена жюри – это возможность увидеть полный спектр практик на рынке: от базовой автоматизации до комплексных программ трансформации казначейства с участием ИТ, бизнеса и банков. Такой обзор лучших кейсов позволяет оценить, где находится собственная компания по уровню зрелости, и какие решения действительно работают, а какие остаются «витринными» проектами.

Для профессиональной деятельности это, по сути, «ускоренный курс» по лучшим практикам рынка: идеи из кейсов финалистов можно адаптировать для своей компании, а диалог с коллегами и финтех‑партнёрами помогает уточнить стратегию развития казначейской функции. Кроме того, участие в жюри усиливает доверие к казначейству со стороны бизнеса и акционеров: появляется дополнительный аргумент, что внутренние инициативы опираются на проверенные и признанные отраслью подходы.

Какими ключевыми советами вы могли бы поделиться с участниками конкурса? На какие аспекты работы казначейства нужно обратить особое внимание, чтобы повысить шансы на победу в номинации?

Я бы сформулировал несколько практических рекомендаций для команд, которые хотят претендовать на победу.

Во-первых, покажите измеримый эффект для бизнеса. Жюри важно видеть не только технологические решения, но и конкретный вклад казначейства: снижение стоимости финансирования, высвобождение оборотного капитала, улучшение ликвидной позиции, снижение операционных и финансовых рисков. Желательно оперировать цифрами: динамика чистого долга, стоимости заимствований, оборота дебиторской и кредиторской задолженностей, доли автоматизированных операций и так далее.

Во-вторых, сделайте акцент на зрелости процессов, а не только на ИТ. Даже самая продвинутая платформа не компенсирует слабые регламенты, отсутствие единой политики ликвидности или разрозненные лимиты. В заявках имеет смысл показать целостную систему: политика, процессы, роли и ответственность, SLA с бизнесом, система метрик, а уже поверх – технологии.

В-третьих, покажите устойчивость и управляемость рисков. Критично продемонстрировать, как казначейство управляет процентным, валютным, ликвидным и операционным рисками, какие сценарии и стресс‑тесты используются, как решения казначейства встроены в систему корпоративного риск‑менеджмента. Отдельный плюс – наличие прозрачной отчётности для совета директоров и инвесторов.

В-четвертых, продемонстрируйте цифровую зрелость и партнёрство с финтехом. Важно показать, как компания использует мультибанкинг, Open API, цифровой рубль, BI, ИИ и другие современные инструменты, и какой бизнес‑эффект они дают. При этом жюри позитивно воспринимает кейсы, где компания выстраивает устойчивое партнёрство с банками и финтех‑провайдерами, а не просто «пилотирует модные ИТ-решения».

В-пятых, сфокусируйтесь на команде и роли казначейства в управлении компанией. Сильное казначейство – это не только процессы и системы, но и команда с понятными ролями, компетенциями и вовлечённостью в стратегические решения. Важно показать, как казначейство взаимодействует с бизнес‑подразделениями, финансовым блоком, ИТ, как выстроена коммуникация и как казначейство влияет на стратегические проекты (M&A, CAPEX, новые бизнес‑модели).

От себя лично я хочу пожелать всем участникам данного конкурса открыто делиться своими решениями, показывать слабые стороны и уязвимости, а также демонстрировать собственные практические ноу-хау в казначейской функции, которые будут усиливать бизнес и улучшать его показатели.

Приём заявок на Конкурс и премию «Лучшее корпоративное казначейство» продлится до 30 сентября 2026 года. Здесь можно узнать подробности о конкурсе, а здесь – зарегистрироваться.

Елизавета Гета