Евгения Солдатова, ГК «РКС»: О работе со спорными контрагентами

Евгения Солдатова, налоговый менеджер финансовой дирекции ГК «РКС» и спикер Пятой конференции «Управление налоговыми рисками», рассказала CFO Russia о признаках недобросовестных поставщиков, а также рассмотрела маркеры дробления и описала тактику инспекторов при исключении расходов из базы по налогу на прибыль.

Какие конкретные признаки, помимо прямых разрывов, сегодня служат для инспекторов сигналом о работе с недобросовестными поставщиками? Как вы, как налоговый менеджер, доказываете реальность операций со спорным контрагентом?

Признаками недобросовестных поставщиков для налоговой инспекции являются прежде всего отсутствие у них необходимых кадровых ресурсов (низкая численность или один сотрудник) и технических ресурсов (техники, оборудования) для исполнения обязательств по сделке, уплата налогов в минимальном размере и непредставление отчетности или представление с минимальными финансовыми показателями.

Работа с такими контрагентами может быть выявлена как в ходе камеральной налоговой проверки декларации в результате прямых разрывов по НДС, так и в ходе иных контрольных налоговых мероприятий, зачастую с участием правоохранительных органов. Разрывы могут быть установлены не только по прямым сделкам, но и по цепочке поставок (выполнение работ).

В качестве подтверждения реальности операций со спорным контрагентом мы предоставляем переписку с контрагентом, допуски для производства работ, выписки из журналов по инструктажу, пропускной системы, путевые листы, транспортные накладные, фотосьемку и др.

Какие маркеры дробления бизнеса инспекторы считают наиболее весомыми? Как вы оцениваете риски в рамках группы компаний и какие аргументы используете, чтобы доказать самостоятельность и экономическую целесообразность работы каждой бизнес-единицы?

Наиболее весомыми маркерами дробления бизнеса являются взаимозависимость, отсутствие деловой цели и самостоятельности компаний, единый центр управления.

Самостоятельность компаний и экономическую целесообразность работы каждой бизнес-единицы доказывают осуществление различных видов деятельности, не связанных единым технологическим процессом, различные покупатели/заказчики и поставщики/подрядчики, наличие собственных ресурсов (кадровых и технических) для осуществления деятельности, способность самостоятельно оплачивать расходы компании, отсутствие ротации персонала между компаниями.

Как изменилась тактика инспекторов при исключении расходов из базы по налогу на прибыль? Помимо формального документооборота, на что они давят в первую очередь, чтобы доказать отсутствие деловой цели в сделке? Какие внутренние документы вы готовите заранее, чтобы подкрепить экономическую оправданность затрат?

На практике столкнулись с тем, что инспекторы используют внешнюю информацию, помимо документов и пояснений, представленных к декларации. Так, в частности налоговые органы анализируют судебные решения по гражданским спорам и строят свои претензии, основываясь на фактах, установленных в ходе судебного разбирательства.

На мой взгляд, практика доказывания налоговыми органами отсутствия деловой цели в основном строится на обратном – если налогоплательщику нечего противопоставить и привести какие-либо экономически оправданные цели, тогда налоговые органы используют перечень формальных критериев, которые также имеются и у налогоплательщика. Также налоговые органы используют необдуманные высказывания сотрудников при проведении допросов в рамках налоговых мероприятий, поэтому важно после проведения допроса ознакомляться с содержанием протокола допроса перед его подписанием.

В качестве документального подтверждения экономической оправданности затрат можно использовать внутренние документы по расчету экономического эффекта, финансовые модели, распоряжения/приказы, служебные записки, заключения комиссии, бизнес-планы, презентации проектов, бюджеты и др. В каждом отдельном случае это могут быть разные документы.

Задать свои вопросы Евгении и узнать больше об опыте и планах ГК «РКС» вы сможете на Пятой конференции «Управление налоговыми рисками», которая пройдет 24 сентября 2026 года в Москве.

Юлия Сильченко