Закрыть [x]

Перейти на мобильную версию

CIO «Норникеля» Юрий Шеховцов – о единой ERP и перспективах применения прорывных технологий

CIO «Норникеля» Юрий Шеховцов – о единой ERP и перспективах применения прорывных технологий 22.05.2018

Юрий Шеховцов, директор департамента ИТ «Норникеля», в интервью TAdviser в мае 2018 года рассказал о масштабной реорганизации ИТ-службы компании и перспективах использования на производстве новых технологий, включая дроны и искусственный интеллект.

Юрий, прошел почти год с момента, когда вы стали ИТ-директором «Норникеля». Как вы поменяли ИТ-стратегию компании после своего назначения? Каковы сейчас ключевые направления стратегии?

Основные параметры нашей стратегии: базовая информатизация, которая заключается в крупных программах внедрения ERP по всему периметру компании, и программа «Технологический прорыв». «Техпрорыв» включает более 40 самостоятельных проектов, охватывающих все сферы деятельности операционного блока. Целевым состоянием производственных процессов операционного блока программы является эффективная система многовариантного планирования и автоматизированного оперативного контроля.

Теперь что касается изменений. Мы перешли из стадии внедрения базовых средств автоматизации, которое закончится до 2021 года, и начали смотреть на перспективу с точки зрения инвестиционных проектов. Все новые идеи, которые поступают, рассматриваются на предмет того, дают ли они результат с точки зрения инвестиций.

Это, пожалуй, новый элемент для компании.

Еще одна важная вещь: мы проводим масштабную реорганизацию службы ИТ, мы ее централизуем на базе Общего центра обслуживания «Норникеля». Это делается для повышения управляемости, стандартов и работы с персоналом. Активная фаза этого процесса проходила в 2017 году, когда мы переводили в ОЦО людей с Кольской ГМК. А в этом году перевели туда же сотрудников в Норильском промышленном регионе. До конца года мы должны завершить перевод людей в единую компанию с единым пониманием задач и целей ИТ.

Сколько всего будет человек в этой объединенной структуре?

Сейчас уже порядка 1,5 тысячи человек. Но я не могу сказать, что это конечная цифра. Это лишь начальная стадия объединения, целевая картина по людям еще находится в стадии формирования.

Мы унаследовали большое число разных самописных систем и сейчас на базе ERP SAP делаем более унифицированный слой систем. У нас много уникальных систем, знаний, мы забираем людей с этим «наследством» и дальше смотрим, как лучше выровнять ИТ-ландшафт.

Как распределяются функции в области ИТ между внутренним ИТ-департаментом «Норникеля» и Общим центром обслуживания?

Все операционные и проектные службы помещаются в ОЦО. В головной компании в ДИТ (Департамент информационных технологий – прим.) остается только подразделение службы заказчика и небольшое число сотрудников по направлению стратегии.

Останутся ли у вас какие-то самописные системы после перехода на единую систему на базе SAP?

Обязательно останутся, но их количество будет гораздо меньше. Полностью от них мы не будем избавляться, потому что единая платформа не решает абсолютно все задачи, как бы мы этого ни хотели.

Как меняется ИТ-бюджет «Норникеля»? Каковы его основные составляющие в текущем году?

В отношении бюджета всей компании действует проект сокращения издержек, и ИТ – не исключение. За трехлетний период в ИТ мы сокращаем почти 25% затрат. Но с учетом того, что мы консолидируемся в единый центр, для нас это не выглядит какой-то невыполнимой задачей.

Основные направления затрат задаются двумя программами, о которых я упоминал ранее: SAP ERP и «Техпрорыв». Дальше идут менее затратные программы, связанные с документооборотом, инфраструктурной частью и прочим. Одна из основных затратных статей – лицензии SAP.

За счет чего вы сокращаете расходы на ИТ?

Повышение эффективности – это первая часть. А вторая – за счет централизации контрактов с контрагентами и получения более выгодных условий. Объединяя ИТ-службу в единой организации, мы также объединяем все запросы и выдаем более комплексные заявки. И, таким образом, претендуем на более выгодные условия для себя.

Оптимизируете ли вы расходы по каким-то направлениям за счет аутсорсинга?

Например, мы рассматриваем аутсорсинг печати – оплата за количество копий. Этот проект у нас сейчас идет в виде обследования, по итогам которого мы будем смотреть, даст он что-то или нет. Также в проектах мы «аутсорсим» консалтинг, либо внедренческий, либо технологический. Вместе с тем, есть ряд категорий, которые отдать на аутсорсинг сейчас достаточно проблематично, поскольку это требует изменения культуры.

Какие проекты являются самыми дорогостоящими?

У нас есть дорогостоящий инфраструктурный проект – ВОЛС. Мы построили большой оптоволоконный канал до Норильска и сейчас будем рассматривать инвестиции в повышение резервирования этого канала. Это нужно, чтобы гарантировать его доступность с меньшей вероятностью простоя. Это технологически очень сложный проект из-за климатических и ландшафтных условий. Был выполнен переход через реку подо льдом (дно Енисея – прим.) и задействовано уникальное оборудование, которого почти ни у кого больше в мире практически нет.

В феврале президент «Норникеля» Владимир Потанин заявлял, что внедрение ИТ позволило повысить эффективность работы предприятий «Норникеля». Какие достигнутые показатели повышения эффективности вы можете привести?

Цифры я, наверное, не приведу, потому что в программах мы в основном реализовывали базовую автоматизацию. Но только «Техпрорыв», по предварительным подсчетам, будет давать ежегодную экономию в миллионы долларов.

Например, проект «Имитационное моделирование» позволяет создать 3D-модели наших рудников, внести в модели технические и экономические характеристики и рассчитать в итоге параметры для разработки месторождения. В том числе, какое количество единиц горной техники должно быть задействовано. Это позволяет оптимизировать количество подземного транспорта.

Еще один проект программы – «Баланс металлов» – позволяет повышать уровень извлечения металла из руды. Это полностью окупаемый проект. Повышая уровень извлечения всего на 1%, он позволяет окупить затраты компании на всю программу.

В случае с SAP ERP отдачу на инвестиции принесет управление материальными потоками и возможности, которые в дальнейшем даст эта платформа. Это возможность «накрутить» на нее ремонтный блок, и мобильные ремонты, и повышение доступности оборудования.

До SAP в «Норникеле» использовались какие-то российские решения, с которых компания перешла на новую платформу?

У нас использовалось много решений, в том числе «1С». В SAP (программа установлена на Кольской ГМК и Быстринском ГОКе) у нас сейчас порядка 4-4,5 тысяч активных пользователей. Добавится еще около 9 тысяч после «тиража» в Норильске.

Насколько широко в «Норникеле» уже используются технологии промышленного интернета вещей? Для каких задач?

Технологическое оборудование, которое нам поставляется, уже, как правило, включает технологии интернета вещей. Например: буровые станки Atlas Сорсо, горная техника Sandvik, самосвалы карьерные Саterpillar. Всевозможные системы показателей давления в шинах, в масле, – фактически все это у нас уже присутствует, поставляется вместе с оборудованием. В рамках, в том числе, «Техпрорыва» мы как раз переходим на закупки агрегатов, которые бы имели всю оснастку. А далее, через системы позиционирования, через инфраструктуру, которую мы строим в рудниках (как правило, это Wi-Fi плюс оптика), мы уже способны собирать и анализировать информацию с датчиков, которыми оснащено наше оборудование.

Еще у нас есть различные вспомогательные комплексы, к примеру, электростанции, которые тоже оснащены технологиями интернета вещей. Сейчас даже сложно сказать, что у нас не оснащено датчиками...

Приведите пару примеров, как это работает. Наиболее интересных.

Система позиционирования плюс состояние подвижного оборудования – это, наверное, самый яркий пример. Мы видим, куда он едет, что с ним происходит, видим, как он грузит, видим (при помощи датчиков) параметры и состояние, давление в его узлах, уровень масла и т.д.

Вообще мне кажется, что интернет вещей – это, скорее, модный термин. Для производства это уже давно привычная реальность.

В нашей лаборатории мы смотрим на возможности оснастки турбинных электростанций, которые являются наследием прошлого. Смотрим с той целью, чтобы можно было «предсказывать» выход турбин из строя, любые внештатные ситуации.

Что это за лаборатория?

Лабораторию мы создали в этом году на базе ИТ для проведения R&D. В ее составе есть инженеры и профильные специалисты от ИТ.

Если есть задача, мы смотрим, какие технологии можно было бы применить для ее решения. Если видно, что решение интересно и может приносить пользу, то мы двигаемся дальше: создаем прототип, принимаем решение, внедрять технологию или нет.

Сейчас в лаборатории порядка 40 различных идей в разной стадии проработки. Среди них, например, замыкание катода и анода в электролизном цехе. Здесь мы прототипируем три технологии, которые помогают определить замыкание в электролизной ванне. Задействованы тепловизор, лазерный дальномер и «цифровое зрение». Тепловизор определяет замыкание, дальномер определяет место, а «цифровое зрение» подсказывает оператору, куда нужно выйти человеку, чтобы это замыкание устранить.

Еще пример: мы пытаемся сделать оптимизацию пролета между печкой и конвертером. На конвертерном производстве есть ковши, которые передвигаются между печью и конвертером. Задача простая – повысить выход металла. Не путем строительства нового конвертера, а путем правильной его загрузки через ковши. Для этого мы делаем прототип цифрового двойника данного пролета.

Цифровой двойник при наличии плана на смену позволяет оператору смоделировать идеальную логистику ковшей и принимать оптимальные операционные решения.

Руководитель направления по бизнес-приложениям департамента ИТ «Норникеля» Левон Киракосян недавно говорил, что ваша компания планирует создать беспилотный летательный аппарат, который сможет автономно перемещаться в шахте. Какого эффекта вы рассчитываете добиться? Будете ли вы использовать какое-то готовое промышленное решение в качестве беспилотника?

Создание, в данном случае, слишком громкое слово, т.к. беспилотники уже созданы. На самом деле, под созданием здесь подразумевалась способность соединить несколько технологий на базе дрона, которые смогут решать определенные задачи. В том числе, в области промышленной безопасности. Мы, в частности, пилотируем сейчас дроны с фонарем, которые делают облет рудоспуска в недоступных человеку местах. Благодаря камере хорошо видно, есть ли опасные участки, где могут произойти обвалы. Если мы видим такой участок, то можем сразу выполнить необходимые работы для повышения уровня безопасности.

Следующий шаг: мы хотим попытаться сделать дрон автономно пилотируемым, чтобы он сам облетал нужные места. Оснастить его неким интеллектом, обучающим алгоритмом. Для того чтобы на основании полученных кадров система могла распознавать опасные места на конкретных участках и «подсвечивать» их для человека. Это некая дорожная карта, к которой мы стремимся.

Нашли ли у вас на производстве применение технологии виртуальной и дополненной реальности? Каковы их перспективы, на ваш взгляд?

Данные технологии мы сейчас активно не используем, но это одно из направлений, которые нам интересны для проработки в лаборатории. Есть ряд идей и запросов, где виртуальная и дополненная реальность могли бы быть задействованы.

Виртуальная реальность может помогать во всем, что касается обучения, подсказок в различных операционных вещах. Можно применять эту технологию во всех программах обучения, которые требуют визуализации, особенно, когда человек никогда ранее не был на реальном производстве.

Каковы перспективы применения искусственного интеллекта в деятельности «Норникеля»?

Это хороший вопрос, потому что искусственный интеллект – это 100% наше будущее, особенно применительно к ОЦО. Сейчас лаборатория делает для ОЦО роботизацию – простых роботов, которые способны выдавать справки и т.п. Но до додумывания определенных решений, выбора с помощью искусственного интеллекта мы пока не дошли.

Однако есть ряд компаний, которые уже продвинулись в этом. Конечно, переход на новые уровни применения этой технологии займет некоторое время. В том числе, по причине того, что сами люди психологически к этому еще не готовы.

Интервью TAdviser: CIO «Норникеля» Юрий Шеховцов – о единой ERP и перспективах применения прорывных технологий. Републикуется с разрешения издательства TAdviser. Все права сохранены.  


 




Комментарии