Михаил Хорошев, «Логика молока»: «Доходность – не самоцель: сначала стабильность, потом прибыль»

Михаил Хорошев, руководитель казначейства компании «Логика молока» и спикер Двадцать пятого международного Форума корпоративных казначеев, в интервью CFO Russia рассказал, почему его команда не гонится за сверхдоходностью, а ставит во главу угла стабильность платежей, как инвестиционная программа компании «съедает» избыточную ликвидность и что мешает ЦФА стать полноценным инструментом для управления денежными потоками.

Михаил, сегодня классические банковские депозиты уже не дают той премии за надежность, к которой привыкли казначеи. В тезисах Круглого стола заявлена тема пересмотра лимитов риска. Какой главный «раздражитель» может заставить казначейство «Логики молока» пересматривать инвест-декларацию прямо сейчас?

На текущий момент мы не видим причин существенно пересматривать допустимый уровень риска. Мы достаточно консервативно подходим и к рискам, и к набору инструментов для размещения ликвидности. Основная задача казначейства для нас –обеспечить стабильность платежей и полное и своевременное выполнение обязательств перед поставщиками и партнерами при минимальном уровне риска.

Доходность временно свободных средств, безусловно, важна, и у нас есть соответствующие KPI, но она не является самоцелью. Поэтому в первую очередь мы рассматриваем условно безрисковые инструменты – короткие депозиты и другие продукты с фиксированной доходностью у крупнейших и наиболее надежных банков, – а уже среди них выбираем оптимальные условия. У нас действует тендерный принцип заключения сделок, и сейчас он позволяет получать целевой уровень доходности без необходимости принимать дополнительный риск.

Кроме того, сейчас речь в основном идет о краткосрочном размещении операционных остатков. Компания активно растет, реализует значительную инвестиционную программу, которая абсорбирует избыточный денежный поток. Поэтому существенного объема долгосрочно свободной ликвидности, который сам по себе мог бы потребовать расширения инструментария, у нас сейчас нет.

Если в будущем такой объем появится, одним из ключевых условий для рассмотрения новых инструментов для нас будет понятная и прозрачная оценка связанных с ними рисков. При этом решение компании принимать больший риск ради дополнительной доходности я бы не рассматривал просто как расширение линейки продуктов. Это уже концептуальное изменение подхода к управлению ликвидностью, которое потребует в том числе соответствующих компетенций внутри казначейства и пересмотра принципов работы с ликвидностью.

Цифровые финансовые активы многие еще воспринимают как экзотику. Если отбросить маркетинг, то какую конкретно «боль» бизнеса могут закрыть ЦФА в размещении ликвидности в сравнении с тем же депозитом?

Мы сами пока смотрели на ЦФА преимущественно как на инструмент привлечения финансирования, поэтому со стороны размещения я бы скорее говорил об общем потенциале этого рынка.

Для компаний, инвестиционная политика которых уже допускает вложения в инструменты с более высоким уровнем риска, например в облигации, ЦФА могут стать интересной альтернативой. Это возможность получить более высокую доходность при принятии соответствующего дополнительного риска. При этом рынок уже достиг определенного уровня развития с точки зрения регулирования и автоматизации, чтобы рассматривать ЦФА как полноценный финансовый инструмент, а не как экзотику.

Отдельно я бы отметил скорость организации таких сделок. В частности, возможны закрытые размещения, когда выпуск фактически структурируется под конкретного покупателя. Это делает инструмент достаточно удобным для решения конкретной задачи по размещению средств.

При этом я вижу два существенных ограничения.

Именно в развитии вторичного рынка, на мой взгляд, сейчас находится один из основных потенциалов дальнейшего развития ЦФА как инструмента размещения.

Если мы меняем лимиты и добавляем новые цифровые инструменты, значит, меняется и сама философия контроля. Как изменится роль казначея в ближайшие год-два: они все еще «хранители безопасности» или уже превращаются в «охотников за доходностью» внутри заданных коридоров риска?

Я думаю, здесь многое зависит от того, какие цели и задачи компания ставит перед казначейством. Мое личное мнение – казначейство в первую очередь должно обеспечивать финансовую устойчивость компании, а уже затем решать задачу повышения доходности. Под финансовой устойчивостью я понимаю не только наличие денег для своевременного исполнения обязательств, но и управление ликвидностью, долговой нагрузкой и балансировку денежных потоков на разных горизонтах.

В этом смысле мне близка аналогия с инструментами хеджирования: их можно использовать прежде всего для снижения рисков, а можно пытаться с их помощью заработать. На длинном горизонте более устойчивым мне представляется первый подход.

Поэтому я не думаю, что фундаментальная роль казначея в ближайшие год-два должна существенно измениться. Инструменты могут становиться сложнее и разнообразнее, но сами по себе они вторичны по отношению к задаче грамотного управления ликвидностью. При этом вполне нормально использовать часть портфеля для получения дополнительной доходности, в том числе через инструменты с более высоким риском, если компания осознанно принимает этот риск и устанавливает для него понятные ограничения – например, максимальную долю таких инструментов в портфеле.

Конечно, многое зависит и от финансового положения конкретной компании. Для бизнеса с существенным избытком ликвидности вопросы ее сохранности и повышения доходности объективно будут стоять острее. Если в ближайшие годы экономическая ситуация будет улучшаться и таких компаний станет больше, то у части казначеев фокус действительно может несколько сместиться в сторону более активного управления доходностью. Но, на мой взгляд, это не отменяет их основной роли – обеспечения финансовой устойчивости компании.

Обсудить стратегию управления ликвидностью в условиях меняющегося рынка вы сможете на Двадцать пятом международном Форуме корпоративных казначеев, который пройдёт 29–30 октября 2026 года. Не упустите возможность лично пообщаться с экспертом и услышать свежие кейсы от руководителей казначейств ведущих компаний!

Ольга Кушнаренко