Закрыть [x]

Перейти на мобильную версию

Николай Беспалов: «Фармрозница переживает период бурной консолидации»

Николай Беспалов: «Фармрозница переживает период бурной консолидации» 06.11.2015

Николай Беспалов, директор по развитию аналитической компании RNC Pharma и спикер пятого форума финансовых директоров фармацевтического бизнеса Pharma 2016, рассказал CFO-Russia о состоянии системы товародвижения в России и активности параллельного импорта.

Каково состояние аптечных сетей сегодня?

Сетевой сегмент российской фармрозницы сейчас переживает период бурной консолидации, отчасти виной тому кризисные явления в экономике, которым способствует высокий уровень закредитованности отдельных игроков, отчасти активность отдельных игроков, которые усиленно наращивают свою представленность в регионах.

Чистая маржинальность продажи ЛП в розницу уже давно находится на довольно низком уровне, который в формате добросовестного ведения бизнеса для большинства субъектов этого рынка не очень интересен. При этом сетевые структуры, которые консолидируют несколько аптечных точек, имеют возможность, как экономить по целому ряду расходных статей, так и зарабатывать дополнительную прибыль. Экономия чаще всего получается из-за возможности установить более мягкие условия аренды, получить дополнительную скидку от поставщиков за счёт заказа большего объёма продукции и т. д. Дополнительную прибыль можно зарабатывать, оказывая производителям дополнительные услуги — чаще всего это включение товара в ассортимент и активное продвижение продуктов соответствующих компаний.

Процесс консолидации сейчас идёт на всех уровнях, как на федеральном, так и на региональном, при этом в России уже даже сформировались своеобразные центры консолидации, скажем в Москве, Санкт-Петербурге, Самаре и т. д.

Консолидационные процессы в настоящее время не ограничиваются только механизмами покупки или продажи активов, в текущем году было зафиксировано несколько «безденежных сделок», когда передавались права на аренду помещений конкретных сетей в счёт оплаты долга перед дистрибьюторским подразделением. Есть и другие процессы, связанные с формированием разноформатных ассоциаций. При этом происходит консолидация отдельных процессов работы сетей (скажем закупочные альянсы или продвижение продукции через аптеки) и, в конечном счёте, позволяет такому конгломерату получать дополнительную рентабельность, на которую не могут претендовать единичные аптеки.

Одной из наиболее острых проблем последнего времени для аптечной розницы является фактический запрет деятельности интернет-аптек. При этом под лозунгами борьбы с недобросовестными компаниями и сайтами, реализующими вообще нелегальную продукцию, под запрет почему-то попали вполне законопослушные аптеки, для которых интернет просто способ увеличить объём заказов. Происхождение товара при этом легально и легко подтверждается. Не говоря уже о том, что возможность он-лайн заказа удобна для потребителей. Ожидалось, что добросовестных игроков этого рынка выведут из-под действия ограничений, но пока этого не произошло, более того Роскомнадзор даже начал выписывать предписания об устранении нарушений тем интернет-аптекам, которые продолжают работу в обычном формате. Но подавляющее большинство таких сервисов сейчас просто прекратили доставку товара, но сохраняют возможность заказать товар и забрать его в аптеке.

Каковы основные тенденции оптового сегмента фармацевтического рынка?

Оптовый сегмент переживает тоже довольно непростое время. Здесь так же сохраняется очень низкий уровень рентабельности, причём оптовики столкнулись с этой проблемой гораздо раньше розничного сегмента. Причины резкого падения рентабельности оптовиков уходят корнями в начало «нулевых», когда в России был изменён принцип исчерпания прав на торговые знаки с международного на национальный. С этого момента дистрибьюторы стали сильно ограничены в отношении ценовой политики, но параллельно это стало стимулом по развитию других направлений деятельности, начался период активной диверсификации оптовых компаний.

Сейчас большая часть крупных дистрибьюторов помимо собственно складской и логистической инфраструктуры располагает так же собственными аптечными сетями, производственными мощностями, таможенными терминалами и т. д. Ряд оптовых компаний даже серьёзно заявил о себе на рынке издания специализированной прессы.

Сейчас практически все крупные оптовые компании имеют собственные аптечные сети, но доля поставок в собственные дочерние структуры пока не доминирует, хотя если посмотреть на опыт ряда зарубежных стран развитие рынка скорее всего будет идти по пути роста доли собственной розницы в отгрузках дистрибьютора.

Идут в отрасли и серьёзные процессы концентрации рынка, правда если в рознице происходит объединение и поглощение отдельных структура, то в отношении оптовой торговли движущая сила этого процесса связана с фактическим уходом с рынка сразу нескольких крупных оптовиков. Так за последний год с рынка ушла финская Ориола, чьи активы перешли собственникам сети A.v. E., так же свернул работу на розничном рынке крупный игрок на рынке Северо-Запада, компания Империя Фарма. Клиенты этих компаний стали переключаться на других поставщиков, таким образом, доля ряда крупных оптовиков существенно выросла.

Кстати, в связи с высвобождением рыночной доли, тех игроков, что ушли с рынка, ряд компаний столкнулся с необходимостью развития и профильных компетенций (помимо диверсификации), так что в настоящее время сразу несколько крупных дистрибьюторов занимается расширением и модернизацией складской инфраструктуры.

Ну и конечно сейчас очень серьёзные надежды оптовых компаний связаны с возможностью разрешения параллельного импорта ЛП в Россию.

Что такое параллельный импорт ЛП? Каковы его текущее состояние и перспективы развития?

Параллельный импорт — это ввоз в Россию оригинальной продукции (в нашем случае ЛП), без специального согласия правообладателя товарного знака. Фактически товар поставляется без разрешения официального представителя интересов компании в России и на условиях, не согласованных с этим представителем. Таким образом, нарушаются законные права официальных правообладателей.

При этом в мире достаточно много примеров стран, где это явление законодательно разрешено, например, очень активны потоки параллельных поставок между отдельными странами в составе Евросоюза. В нашей стране параллельный импорт пока официально запрещён, хотя существует целый ряд предложений по изменению принципа исчерпания исключительных прав на торговые знаки (собственно именно так в законе формулируется возможность осуществлять параллельные поставки) — ранее звучали предложения по переходу на эти механизмы уже с 2017 г., сейчас представители ФАС делают заявления, что эти нормы могут вступить в силу после 2020 г.

Если говорить о текущем состоянии параллельного импорта, то по итогам 2014 г. в нашу страну по таким схемам было ввезено продукции на общую сумму 354 млн. руб. В общем объёме поставок ЛП в нашу страну это пока довольно небольшая сумма — порядка 0,1% от денежного объёма, по итогам первых 9 месяцев 2015 г. объём параллельных поставок пока составляет около 200 млн. руб. Интересно, что в текущем году существенно вырос ассортимент ввозимой с использованием таких схем продукции, сейчас мы фиксируем поставки 26 различных торговых наименований ЛП 18 различных производителей. Год назад было 19 торговых наименований 11 производителей.

В общем объёме поставок это конечно немного, но в случае с конкретными продуктами конкретных производителей такие поставки могут серьёзно влиять на объёмы продаж и цену на внутреннем рынке, так что для компаний, которые сталкиваются с этим явлением — это довольно острая проблема. Основная сложность борьбы с ней в сложности выявления подобных поставок — остальное дело техники. В настоящее время наша компания разработала специальную систему отслеживания параллельных поставок ЛП в Россию, оценка ведётся по более чем 10 критериям в числе которых: контрагенты, условия поставок, финансовые условия сделок, логистические схемы поставок и др.

В случае перехода нашей страны на иной принцип исчерпания исключительных прав на торговые знаки, активность параллельных поставок существенно усилится. Объём таких операций в денежном выражении по нашим оценкам может вырасти с десятых долей процента до 10–15% общего объёма поставок. В денежном выражении это порядка 50–75 млрд. руб. в год. Соответственно существенные убытки понесут компании, представляющие официальные интересы иностранных производителей в России, они будут вынуждены сокращать издержки на продвижение. Зато в плюсе окажутся оптовые компании, которые смогут существенно нарастить объёмы своей деятельности. Очевидно, уровень конкуренции на рынке должен увеличиться, а значит можно ожидать и некоторого снижения цен на продукцию, которая будет завозиться по параллельным каналам, но это в общем-то только теория, достоверно это будет понятно только после запуска пилотных проектов. Пока те параллельные поставки, которые мы фиксируем, могут проходить как по меньшей, так и по большей цене, по сравнению с официальным каналом.

Так же очень важно, чтобы после разрешения параллельного импорта получили защиту те иностранные производители, которые осуществляют локализацию производства в России — иначе смысла по развитию собственных предприятий в нашей стране у таких предприятий попросту не будет. Пока те предложения, которые готовила ФАС в отношении разрешения параллельного импорта содержат механизмы подобной защиты.

Задать собственные вопросы Николаю Беспалову и узнать об опыте RNC Pharma вы сможете на четвертом форуме финансовых директоров фармацевтического бизнеса Pharma CFO 2015, который состоится 26—27 ноября в Москве.

Ирина Экзархо


Комментарии